![Анвар Шамузафаров: Нам нужны четкие требования к обороту стройматериалов в рамках ЕАЭС](/files/text_photo/big/1725386566_02_FOTO_2.jpg)
Анвар Шамузафаров: Нам нужны четкие требования к обороту стройматериалов в рамках ЕАЭС
- Анвар Шамухамедович, Минстрой России в августе сообщил о том, что проект технического регламента ЕАЭС «О безопасности строительных материалов и изделий» направлен на внутригосударственное согласование в страны-участники ЕАЭС. Процесс согласования ТР затянулся на несколько лет – так насколько сейчас все участники готовы к тому, чтобы этот документ утвердить и начать по нему работать?
- Я бы сказал так, что процесс идет. Так, 10 июля прошло совещание ответственных представителей стран ЕАЭС, на котором обсуждался технический регламент «О безопасности строительных материалов и изделий», и было принято решение внести проект на внутригосударственное согласование – именно об этом в своей новости и сообщил Минстрой России. Также было принято решение рекомендовать Минстрою России доработать его с учетом представленных замечаний от Республики Беларусь и подготовить таблицу разногласий по ТР с Казахстаном.
Хочу сказать, что с Госстандартом Беларуси мы работаем достаточно эффективно, и большинство разногласий сняли в процессе согласования текста регламента. А вот с Казахстаном работать несколько сложнее, потому что там существует структура АТАМИКЕН, аналогичная нашему РСПП, которая отслеживает все технические регламенты по всем направлениям деятельности с точки зрения соблюдения интересов бизнеса Казахстана. И если она видит там какие-то намеки на возможности не полного учета интересов казахских продавцов строительных материалов, то она встает на борьбу, что называется, насмерть. Я, кстати, ставлю АТАМИКЕН и ее представителей в пример нашим товарищам, потому как эта структура отстаивает интересы национального бизнеса, что нашим нужно бы этому поучиться. Они, может быть, и не понимают до конца специфики строительства и стройиндустрии, но последовательно настаивают на создании максимально удобных условий для предпринимателей Казахстана, которые производят материалы для торговли на внешнем рынке.
Если говорить о вопросах, которые возникли в процессе обсуждения регламента, то часть из них касалась терминологии. Во-первых, из всего регламента и из названия по предложению Казахстана ушло слово «изделия», потому что изделия - это уже часть строительных конструкций, безопасность которых должна регулироваться техническими регламентами стран – участниц ЕАЭС. А через границу перемещаются в основном только строительные материалы. Изделия же изготавливаются на месте с учетом климатических, сейсмических и прочих требований каждой из стран. В принципе, это логично: мы должны защищать интересы наших потребителей, и вряд ли кто-то будет покупать изготовленные в Казахстане части металлоконструкций или инженерной системы. Да и доставлять их сюда весьма затратно.
Чтобы понять объемы товарооборота стройматериалов Казахстана с Россией и Белоруссией, взяли официальные цифры Бюро национальной статистики Казахстана, и оказалось, что, на самом деле, это очень небольшие величины, в целом не превышающие 8%. Отдельно стоит отметить металлы и изделия из них – здесь доля составляет 22%. Мы очень надеемся, что после принятия технического регламента ЕАЭС и разработки общих для всех стран ЕАЭС требований к нам не будет попадать трансграничный фальсификат, потому что сейчас он заполнил наши рынки, и бороться с ним крайне тяжело. Когда фальсификат попадает к небольшим застройщикам, которые не обладают ни лабораторией для его проверки, ни соответствующими квалификациями, это может принести большой ущерб строящимся объектам, и, прежде всего, при возведении домов индивидуального жилищного строительства. А там стройматериалы зачастую покупаются без проверки сертификатов качества и, что называется, подешевле.
Напомню, что Россия оказалась единственной страной ЕАЭС, у которой нет технического регламента о безопасности строительных материалов и изделий. Во всех остальных странах ЕАЭС такие технические регламенты приняты либо в виде законов, либо в виде нормативно-правовых актов правительств этих государств. А Россия уже 15 лет ждет техрегламента ЕАЭС, и поэтому у нас самая худшая ситуация с точки зрения защиты рынка от контрафакта и фальсификата. Во всех остальных странах идет регулирование важного и ответственного рынка стройматериалов – в России такого регулирования нет.
- Но у нас же есть перечень продукции, подлежащей обязательной сертификации - там цемент, радиаторы, кабели и многое другое.
- Я должен сказать, что требования к сертификации не установлены жестко нормативно-правовыми актами. И поэтому организации, которые занимаются сертификацией и проверкой качества, сами устанавливают себе правила работы и методы оценки.
- То есть постановление об обязательной сертификации есть, но при этом органы, которые сертифицируют эту продукцию, могут работать, как угодно? И производитель или поставщик может купить этот сертификат у кого угодно?
- Вот именно – достаточно открыть интернет и набрать фразу «получить сертификат»! А в техническом регламенте ЕАЭС «О безопасности строительных материалов и изделий» как раз и устанавливается четыре класса стройматериалов: первые два класса – это материалы, которые требуют обязательной сертификации, потому что оказывают критически важное влияние на обеспечение безопасности объекта капитального строительства. А 3 и 4 классы - это так называемые вспомогательные материалы, качественные характеристики которых можно подтвердить декларациями.
Кроме того, в каждой из стран есть стройматериалы, которые не описаны в нормативно-технических актах или ГОСТах, есть совершенно новые материалы, и по этому вопросу также идет дискуссия. Сейчас Казахстан настаивает на том, что сертификат, выданный в одной из стран ЕАЭС, не должен проверяться на территории другого государства – по сути, нам предлагают поверить на слово. Но нужно понимать, что с этой бумажкой можно вывести на наш рынок какой угодно фальсификат. У России другая позиция, и по этому поводу у нас уже два года идут споры. Сейчас мы в принципе договорились, что проверять качество строительных материалов, которые не описаны ГОСТами и другими нормативно-техническими документами, будут проектировщики, закладывая их в проект. То есть проектировщики должны будут требовать проведение исследований и иных процедур, при помощи которых будут доказаны безопасность и качество этих материалов. Таким образом, принятие указанного Техрегламента ЕАЭС существенным образом обезопасит строительную отрасль, увеличит и усилит полномочия проектировщиков.
- Но сами-то проектировщики готовы к такому росту их полномочий и ответственности? Не будем говорить о странах ЕАЭС – это их проблемы, а как обстоят дела в России?
- У нас сейчас вообще вся система законодательства переписывается таким образом, чтобы оставить меньше государственных требований и дать больше полномочий проектировщикам. При этом в Техническом регламенте «О безопасности зданий и сооружений» есть довольно странная норма, в которой написано: если какое-то решение – конструктивное или инженерное – не описано в нормативах, то ответственность на себя за его применение может брать проектировщик, но при условии, что в техническом задании применение этого инновационного решения прописал госзаказчик. И это при том, что уровень квалификации госзаказчиков у нас весьма низкий!
Сейчас в НОПРИЗ мы занимаемся тем, что изучаем, как исполняется письмо Минстроя России о том, что компании, организации и СРО обязаны выполнять требования законодательства в части исполнения проектной документации. Как оказалось, по итогам ситуации за 5 месяцев 2024 года в 86% случаев на государственную экспертизу попадают проекты, которые либо были разработаны не членами СРО, либо были разработаны лицами, которые не состоят в Национальном реестре специалистов, что нарушает законодательство России. Это официальные цифры из справки НОПРИЗ, которую мы направили на имя министра строительства России Ирека Файзуллина. Однако после того, как ФАУ «Главгосэкспертиза России», наконец, внедрила машинопонимаемую платформу, по которой изыскательская и проектная документация может попадать на государственную экспертизу только при ее разработке строго по нормам градостроительного законодательства (членами СРО и подписана лицами, состоящими в НРС), количество документации, поступающей на государственную экспертизу с грубейшими нарушениями законодательства резко снизилось и составляет порядка 30%.
- Но год назад вы называли цифру 70%?
- Чем больше мы смотрим проектов, тем больше выявляем нарушений законодательства, о чем ежемесячно докладываем в Минстрой России. Мы посмотрели около 1000 проектов, к которым есть претензии по качеству от ФАУ «Главгосэкспертиза России» и государственной экспертизы субъектов Российской Федерации, и по итогам прошлого месяца в 860 случаев (86%) выявили прямое нарушение законодательства России, о которых я говорил выше. В итоге от руководства Минстроя России в региональные органы экспертизы ушло письмо с требованием соблюдать законодательство России.
В итоге мы смогли исключить из НРС 11 специалистов (и к исключению на Совет НОПРИЗ представлены еще два горе-специалиста), которые допускали многократные ошибки в проектах и были, что называется, в нашей юрисдикции. То есть слухи о том, что в России плохие проектировщики оказались сильно преувеличенными: по факту из более, чем 1000 рассмотренных проектов по итогам 2023 года и 1600 проектов, рассмотренных в течение 2024 года, НОПРИЗ смог принять меры только в 11 случаях, то есть документов, которые некачественно разработали проектировщики и изыскатели, оказалось менее 1% от общего объема рассмотренных случаев! То есть у нас по итогам более чем годичной работы по изучению деятельности проектных и изыскательских организаций на основе претензий органов государственной экспертизы, оказались просто отличные проектировщики! А во всех остальных случаях либо виноват госзаказчик, который по результатам торгов выбрал сомнительную компанию, не состоящую в СРО, либо Главгосэкспертиза или экспертизы субъектов Российской Федерации, которые принимали на рассмотрение проекты, подготовленные кем попало и принятые на экспертизу с грубейшими нарушениями норм законодательства, и которые должны быть возвращены заказчику. Вопросы о том, почему государственные заказчики раздают госзаказы кому попало с грубейшими нарушениями норм законодательства, это вопросы, выходящие за пределы компетенции НОПРИЗ. Возникает вопрос: как в рамках 44-ФЗ госзаказы попали к этим компаниям и к этим лицам? В своих письмах Минстрой России совершенно справедливо возлагает вину за такую ситуацию именно на госзаказчиков, потому что госзаказчики выбирают себе технических заказчиков, которые должны профессионально отвечать за конкретные проекты. Поэтому нужно налаживать правовой контроль за уровнем профессионализма и компетенции таких техзаказчиков.
Очень надеемся, что тенденции по существенному улучшению «входного контроля» проектов, введенные в органах государственной экспертизы, дадут свой позитивный результат. Повторим, что в мае 2024 года Главгосэкспертиза ввела в действие платформу, которая автоматически отсекает проекты, оформленные с нарушениями требований законодательства, уже на этапе подачи документов, проверяя членство в СРО и в НРС, потому что это позволит компенсировать убытки третьим лицам и государству от деятельности проектировщиков и изыскателей – бракоделов. Конечно, человеческий фактор должен быть полностью исключен, потому что он, к сожалению, каждый раз срабатывает в сторону поддержки решений, которые могут навредить государственным интересам.
- Но проверить же эти два параметра элементарно – найти номер компании в реестре СРО и номер специалиста в Национальном реестре специалистов! И все!
- Да, но органы экспертизы либо не хотели в прежние времена это смотреть, либо смотрели очень халатно. И ведь наверняка какие-то проекты заворачивали на этапе входа в экспертизу, но те из них, которые приняли и в которых нашли нарушения требований законодательства, в 86% случаев вообще не попадали под юрисдикцию НОПРИЗ, а госзаказы были получены с нарушением требований законодательства. А там, где выявляются нарушения, работы выполняют субподрядные организации, что нарушает закон 372-ФЗ. То есть нами одновременно выявлено, что по факту в генподрядных организациях, которые, по сути, стали управляющими офисами, как правило, нет специалистов-проектировщиков, а по закону субподрядчики, в которых есть компетентные изыскатели или проектировщики, не имеют права подписывать разработанную ими проектную документацию, потому что на это имеют право только представители генподрядных организаций.
Таким образом, мы попали в «правовую мышеловку», которую сами же себе и организовали под давлением крупных генподрядных организаций, которые пролоббировали в 2017 году поправки в 372-ФЗ и затеяли реформу саморегулирования. Сейчас некоторые из этих генподрядных организаций уже разорились, а дело их живет.
- Может быть, пора уже менять закон и выбираться из мышеловки?
- Это непросто, дело в том, что у нас все права генподрядных организаций и заказчиков, в том числе госзаказчиков, прописаны в Гражданском кодексе, а внести туда какие-то необходимые изменения не очень просто. Но мы над этим будем работать! Ведь любой кодекс – это живой организм, он должен реагировать на текущие изменения. У нас накапливается много правовых дыр и смысловых несоответствий в законодательстве, из-за которых массово и ежедневно нарушаются основополагающие права огромного количества граждан страны, и их необходимо преодолевать.
И эти дыры в законодательстве у нас везде. В том числе в законодательстве, касающемся технического регулирования и вопроса перемещения строительных материалов изделий через нашу границу на нашу суверенную территорию, – то, с чего мы начали наш с Вами разговор. Сейчас к нам можно везти все, что угодно, и ни у кого нет никаких прав устанавливать какие-либо требования на этот счет. И когда мы пытаемся установить какие-то требования, наши коллеги по ЕАЭС не торопятся с этим соглашаться, потому что у них уже есть свои национальные требования и документы, защищающие их бизнес.
- Так, может, перестать уже их всех уговаривать и принять свой технический регламент о безопасности стройматериалов?
- Пока мы все-таки надеемся на эту тему принять общий документ. Мы стараемся отстаивать свои позиции, ищем, как я уже и говорил, компромисс с Казахстаном. Сейчас документ уже направлен на внутригосударственное согласование в страны-участники ЕАЭС. Очень надеюсь, что в ближайшие месяцы мы увидим готовый согласованный документ.
В рамках XI Международного строительного форума и выставки 100+ TechnoBuild, которые пройдут в г. Екатеринбурге 1 октября 2024 года, запланировано проведение заседания Межгосударственной рабочей группы по разработке проекта Технического регламента Евразийского экономического союза «О безопасности строительных материалов и изделий». К участию приглашены представители Минстроя России, Евразийской экономической комиссии, Минпромторга России, НОПРИЗ, НОСТРОЙ, а также представители Министерства архитектуры и строительства Республики Беларусь, Комитета технического регулирования и метрологии Республики Казахстан, Комитета по промышленности Республики Казахстан, иные представители отраслевых объединений, производителей строительных материалов и изделий. Надеемся, это и другие мероприятия ускорят принятия важнейшего для нашего общего рынка нормативного правового акта.
Лариса Поршнева